Молитесь, чтобы не было войны!

Главная / Новости / Человек и его дело / Молитесь, чтобы не было войны!
09.05.2023
Молитесь, чтобы не было войны!
   Вера Степановна Жерякова на 93-м году жизни помнит как вчера, сколь лихо пришлось, когда город попал в фашистскую оккупацию. 

   В огне земля и небо 
   Первое яркое воспоминание Веры Степановны – день ровно за месяц до 11-летия, день, когда погибла мама. 
   – Детство? Детство не дай бог. Было нас три сестры: старшая Таня с 1929 года, я с 30-го, младшая Раиса с мая 40-года. 
   Росли мы в деревне Белилово. Мать работала на льдопункте, обеспечивала холодильники с мясом, с молоком, со сметаною. А отец, хоть и глухой (ему оторвало ухо осколком снаряда), а всё равно служил в части в Козельске. 
   Мы с сёстрами остались без матери 17 сентября 1941 года, тогда первая бомбёжка города случилась. 
   На станцию Узловые прибыл состав с боеприпасами, техникой, в некоторых вагонах ехали военные, в других – лошади стояли. В 4 часа дня прилетел фашистский самолёт и забросал станцию зажигательными бомбами. 
   Что началось! Горела земля и небо! Раненые стонали, лошади ржали, люди бежали кто как мог, снаряды летели один за одним. Темно стало, словно ночь наступила, такая сильная бомбёжка! Мать убили нашу, когда кидали зажигательные бомбы и из пулемёта строчили, вот и её из пулемёта… Мама упала на Раю, собой её закрыла… – Вера Степановна заново переживает страшные часы. 
   Её отцу, участнику Финской войны, служившему в Козельске, Степану Васильевичу Филюшкину в части сказали, что надо ехать домой, только и всего. По дороге мужчина чудом не погиб в Руднево. Там в ту пору стоял зенитный полк. Часовые кричали путнику что есть мочи: «Стой, кто идёт!», а тот же совсем ничего не слышал. Пока часовой не оказался в поле зрения, не подбежал с оружием наперевес, Степан Филюшкин так и брёл в опасной тишине. 
   – Когда я в Алнерской школе училась, директором её была Анастасия Дмитриевна Буданова, бывшая партизанка из Колодезей родом, и она нам рассказывала, что в Руднево действительно дислоцировался зенитный полк, и в нём, что примечательно, служили в основном девушки, – включается в разговор младшая дочь долгожительницы Людмила Лукьянова. 
   Возможно, в тот сентябрьский день далёкого 41-го Татьяна, Вера и Раиса не остались круглыми сиротами потому, что в зенитном полку службу несли не мужчины, у которых бы рука не дрогнула выстрелить в человека, не отзывающегося на приказ. 
   Когда мужчина добрался до родной деревни и увидел возле дома крышку гроба и через окно горящую свечку, понял, что случилось, и только спросил у своего брата Ивана: «А дети-то живы?» Девочки спаслись, успев убежать за четыре километра от города вместе с тёткой. 

   За своих стояли! 
   Отцу командование дало срок в 15 дней на то, чтобы куда-то определить детей, младшей из которых нет и полутора лет. 
   – Куда определить? Кто нас возьмет? Война! – Вера Степановна ставит себя на место отца, который с ними, тремя дочками, по её признанию хлебнул горя. – Ещё эти 15 дней не прошли, как в город зашли немцы, и отец остался с нами. 
   Ушли тогда в Батажи, это посёлок, он как часть Белилово. Прятались в подвале с колхозной картошкой. С кирпичного завода люди тоже там хоронились. Одна женщина оказалась раненой, очень она мучилась. 
   Картошка помёрзла, начала течь, и мы стояли в этой жиже. А Рая наша сидела в корзинке. Отец её держал всё время на руках, не опускал: поставить просто некуда, – ведёт повествование женщина о том, каким стальной выдержки человеком знала она папу. – Есть мы не хотели совершенно, а вот пить… Дядя Ваня вышел с сыном набрать снега, обратно он не вернулся: немцы застрелили дядю, а сына его ранили. 
   Вспоминает Вера Степановна о том, как страшно стало, когда нацисты начали стрелять в подвал, а затем всех до единого выгнали на лютый мороз. А какие в том году снега непролазные лежали! Людей погнали в сторону переезда мимо их же домов, занятых фашистами. Ох, горько стало одиннадцатилетней Вере, увидевшей, что одеялками, шубами отца и убитой фашистами во время первой бомбёжки матери накрыты немецкие пушки! Женщин с детьми немцы стурили в одну сторону, а мужчин – в другую, чтобы дальше гнать их чистить дорогу. К счастью, Степана Васильевича от детей не оторвали: маленькая Рая сидела у него на руках, а Вера с Таней держались за полы с обеих сторон. В 43 года ставшему вдовцом мужчине грозил расстрел от фашистов: те могли прознать, что он военный. Но за несколько дней он сделался как глубокий старик, ссутулился и стал сам на себя не похож, так его подкосила гибель жены. С Ириной, нарекаемой по-народному ласково Ариною, жили они очень дружно. А теперь, когда война вломилась в их жизнь, нужно в одни руки растить дочек, которых тоже едва не расстреляли. 
   В первый раз всех спасла девушка-переводчица, со слезами уговорившая оккупантов не стрелять. А ещё однажды удалось вырвать из лап смерти темноволосых девчушек Веру и Татьяну Филюшкиных простым деревенским людям. 
   – У нас косы тёмные, особенная я, черноволосая. Немцы разглядели в толпе наши головки и закричали: «Jude!» (евреи – нем.), хотели нас расстрелять. Но наши деревенские отчаянно бросились на защиту: «Нет-нет, они русские! Не трогайте их!» 

   Не как на голубом экране 
   Главное, что удалось сохранить жизнь, а с остальными тяготами справиться оказалось по силам, тем более что и на войне в голод, холод и разруху не все люди огрубевали сердцами.
   – Мы пришли к отцовой сестре, тёте Анисье. Она, хотя имела свою большую семью, такую доброжелательность проявила: приняла нас, накормила, а ведь тогда, кроме картошки, ничего и не было съестного, – Вера Степановна спустя 80 лет не забыла душевную щедрость родственницы. 
   И отец настолько ответственно относился к судьбе дочек, что и в войну старался своими силами обеспечить им кров и хлеб. В одном из подвалов в деревне Белилово он соорудил крепкую землянку, ставшую домом для него и детей на долгие послевоенные годы тоже, сложил там печку, а девочки, приученные к труду сызмальства, побелили стены, чтобы чистенько и светло стало. Сажали рядышком огород. 
   После оккупации идти семье оказалось некуда: когда немцев гнали из Сухиничей, один фашист зацепился колесом повозки за берёзку возле калитки и закидал со злости дом гранатами. 
   А следом шли наши солдаты, страшно голодные, измождённые, набиравшие из бочки в вещевые мешки квашеную капусту, евшие картошку сырьём. 
   – Мама, когда смотрела фильмы о войне, не скрывала возмущения: «Вот что показывают!» В реальности советские солдаты были очень плохо одеты: не в сапогах начищенных шли, как в фильмах, нет! Мама хорошо помнит их бедное обмундирование: на ногах – обмотки, одежда вся лёгкая, хотя лютые морозы стояли! – продолжает беседу дочь Людмила Сергеевна, учительствующая в Немёрзской основной школе. 

   «Фюнф киндэр!» 
   Именно благодаря тому, что близ Белилово шли жестокие противостояния, удалось выжить младшей Рае. После боя её старшие сестрёнки искали по окопам что-то съестное. У наших солдат ничего не было, корки хлеба даже, а у немцев убитых – шоколадки, сухари. Эти сухари размачивали в котелке с тёплой водой и кормили Раю, которой шёл второй год. 
   Внимая рассказу Веры Степановны, мы удостоверились, что и в стане врага есть люди, а не сволочи, хоть это и огромная редкость. Остро в памяти нашей героини засел поступок немца, ночами тайком носившего в их землянку угощения. Отец испугался в первый раз, когда немец пробрался, а тот заплакал и говорит: «Фюнф киндэр!», то бишь пятеро детей у него, на пальцах показал и добавил: «Арбайтэр» – рабочий он. 
   Вера Степановна крепко запомнила непривычные для её слуха слова, ведь немецкий язык она не знает. Имея образование один класс, живой ум и стремление учиться дальше, она всё же рано стала работать, ведь в семье заведено: как постановит отец, так и будет. Отец решил, что учиться надо Рае. 
   Она освоила профессию билетного кассира и, как старшая сестра Татьяна, успевшая получить образование с отличием и работавшая уже путевым обходчиком, пошла в железнодорожницы. А Вера ходила с отцом вытаскивать из заполненных водой воронок шпалы, чтобы ставить новоё жилье, трудилась в доме отдыха (в кондукторской). Так как все из семьи, получается, работали на железной дороге, Филюшкиным выделили однокомнатную квартиру на Узловых в панельном доме. Старшие дочки Степана Васильевича в ту пору уже выпорхнули из гнезда. 

   Сердце оттаяло 
   Вообще отцом он слыл чрезвычайно строгим, не позволял дочерям шага ступить без его ведома. Но старшая решила в вопросе личного счастья поступить по-своему. 
   – А Татьяна вообще у них красавица, и в зрелом возрасте такой осталась: с элегантно заколотой роскошной длинной косой, стройная, высокая, статная. Она работала путевым обходчиком, остановился поезд, и вышли из вагонов солдатики. Один солдат такой красивый, волосы у него завитые, посмотрел на неё и говорит: «Красавица, ты мне скажи, ты здесь живешь? Я приеду и тебя заберу!». И вы можете представить, он приехал за Татьяной! 
   А она страшно боялась отца, украдкой собрала узелок и уехала в Тамбов, где всю жизнь с тем солдатиком счастливо прожила. Вот такая судьба! Дедушка, конечно, сильно переживал, что дочка проявила своеволие, но душа его потом оттаяла, – повествует об удивительной семейной истории Людмила Лукьянова. 

   Назовём как принято 
   Вера же Степановна в 1958 году вышла замуж, как сама рассказывает, в деревню Лёвково. Кандидатуру Сергея, хорошо зарабатывающего в Туле и на Белгородчине шахтёра, отец одобрил. После свадьбы усердно трудилась на селе, держала и своё большое хозяйство: две коровы и гуси, очень много индюков, поросята, овцы, индоутки, куры, кролики… Пока муж на вахтах, справлялась в одни руки. 
   Сергей Андреевич Жеряков, прошедший в юности школу фабрично-заводского обучения, одно время работал в шахте с пленными немцами и всегда при случае отмечал, мол, повезло, что именно с пленными, потому что их хорошо кормили, относились к ним по-человечески. Однажды случился завал, что подорвало здоровье многих работяг и мужа Веры Степановны тоже. Он вернулся в Лёвково, стал наряду с женой работать в колхозе, продал заработанные в забое золотые часы. На эти деньги молодые поставили дом, где жили тихо, спокойно, в уважении, подняли на ноги дочерей Татьяну и Людмилу. 
   То, что некоторые имена в роду повторяются, не совпадение, а сильная традиция. Особо любимо имя Ирина: дочь Раисы Степановны наречена в честь бабушки, и так же красиво назвала свою дочку и единственную внучку Веры Степановны Людмила. А ещё у 92-летней уроженки деревни Белилово шестеро внуков, трое из которых служили в горячих точках, и семеро правнуков. 

   Любите людей! 
   Живя по заветам Степана Филюшкина, все его потомки идут по жизни с достоинством и олицетворяют русский народ в квинтэссенции лучших качеств. 
   «Самое главное, чтобы не бездельничали, росли добрыми и любили людей!» – учил детей и внуков мужчина, которому судьба щедро отмерила девяносто лет. Жизнь его войны, Финская и Великая Отечественная, перепахали вдоль и поперёк, сначала навсегда лишив слуха, потом – жены, а затем дома и покоя на долгие годы. И всё же Степан Васильевич не очерствел и, если дочек воспитывал в строгости, то внукам запомнился безмерно добрым и внимательным. 
   – Дедушка очень много знал сказок, и почти во всех главными персонажами он выбирал солдат. Помню, как же я любила слушать эти сказки… – с необычайной теплотой Людмила Лукьянова, сидя рядышком с мамой, вспоминает о родном человеке. 
   Около 15 лет назад Вера Степановна по просьбе дочери и зятя перебралась жить к ним в посёлок Новосельский. В Лёвково, где прошла её молодость, всё забил борщевик, колодец под горкой, а из колонки вода течёт жёсткая, и потом дороги асфальтированной до деревеньки нет, хоть и федеральная трасса близко. 
   – Когда мы с мужем Сашей бываем в Сухиничах, часто встречаем знакомых из Лёвково, Белилово, с Узловых. И все как один первым делом спросят: «Как бабуля там наша?» Понимаете? Наша. Раньше ведь как жили, я по детству помню: если какой праздник, то из домов выносили столы, ставили их друг за дружкой в ряд посреди улицы, каждая хозяюшка стряпала своё фирменное угощение на всю округу. Мама очень любила готовить, я помню её замечательные пироги из печки. А щи такие душистые! А как она мясо с картошкой запекала… 
   И вот так весело, под гармонь, гуляли от мала до велика, ладили между собой, делили пополам и радость, и горе! – повествует Людмила Сергеевна, а Вера Степановна поддерживает дочь, не забывая напомнить: «Держались друг за дружку, ведь после войны жилось тяжело, всё доставалось с большим трудом, всё ценили. Туфельки новые, если купим, старались надевать по праздникам, а так босиком ходили в основном, вот как берегли обувь! Лишнего не было ничего». 
   А всё потому, что застыли в памяти народа страшные эпизоды, когда фашисты в сорокоградусную стужу забирали у женщин, стариков и детей мало-мальски тёплую одежду и обувь. Смекалка не подвела фронтовика Степана Филюшкина, пришившего заплатки на свои и дочек валенки.

   В центре внимания, в курсе событий 
   – Дети, молитесь, чтобы только не было войны! – повторяет дочери и нам, дорогие читатели, Вера Степановна Жерякова, и после этого действительно становится стыдно жаловаться. На 93-м году жизни наша уважаемая героиня сохранила потрясающе ясный ум, она всегда в курсе последних новостей, которые узнаёт со страниц любимого «Организатора», изучаемого от корки до корки. С большим вниманием Вера Степановна относится к литературе. Ещё живя в Лёвково, зарекомендовала себя самым активным читателем, библиотекарь приносила книги любознательной пенсионерке прямо на дом. Что наша мудрая собеседница не могла себе позволить в юности, то она навёрстывает в возрасте зрелом. Можно смело сказать: Вера Степановна в центре внимания не только своих детей, внуков, правнуков, но и учащихся Немёрской основной школы, которые в доме, где живёт наша героиня, гости частые: заходят поздравить с праздниками, рады разнообразить досуг пенсионерки участием в полезных общественных акциях. Также и завклубом Наталья Гаруст не забывает проведать дорогую Веру Степановну, и фельдшер Наумовского ФАП Светлана Дубова поинтересуется, всё ли у бабулечки в порядке, если вдруг в солнечный денёк та не выйдет посидеть на скамейке у дома. 
   Словом, Вера Степановна живёт и не жалуется, надеясь на то, что уроки войны новому поколению учить не придётся. 
   Анна ГУСЬКОВА Фото автора
Просмотров: 435

Комментарии

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Все новости
  • Человек и его дело

    Девичьи грёзы

    Мечта Валентины Осиповой о службе и собаке сбылась

    Комментарии: 0

  • Человек и его дело

    Татаринские сети

    Неравнодушные жительницы поселения присоединились к волонтёрскому движению «Сети – фронту» и организовали маленькую мастерскую по плетению маскировочных сетей.

    Комментарии: 0

  • Человек и его дело

    Майор Дук

    Майор Дук/30.06.2024/

    Родившийся в семье железнодорожников, коренной сухиничанин Павел Дук связал свою судьбу со службой в уголовно-исполнительной системе. Более 15 лет он работает в отделе охраны исправительной колонии № 5.

    Комментарии: 0

  • Человек и его дело

    За пультом охраны Олеся Байтрукевич

    Два десятка лет в отделе охраны сухиничской исправительной колонии № 5 несёт службу Олеся Байтрукевич.

    Комментарии: 0

  • Человек и его дело

    Фермерское раздолье

    Фермер Семён Бырля открывает ещё одно новое для себя направление деятельности – мясное скотоводство

    Комментарии: 0

  • Человек и его дело

    Юбилей на двоих

    Сёстры Татьяна и Наталья Марченко принимают поздравления с юбилеем.

    Комментарии: 0




 Уважаемые посетители сайта «Организатор.ru»!

     Газета «Организатор» в формате PDF доступна на платной основе. 
   Стоимость подписки на полугодие 2024 г. – 400 рублей. 
    Оформив подписку, на свой электронный адрес Вы получите электронную версию газеты «Организатор» в формате PDF, полностью соответствующую бумажному варианту нашей газеты. 
    Подписаться можно в рекламном отделе редакции т.8(48451) 5-34-04,
    электронная почта : org-smi@yandex.ru
 
 


Народные новости
Опрос